Регистрация

   Форум

Сайты. Ссылки. Обсуждение дизайна и содержания. Новости христианского рунета. Поиск сотрудничества.

Религия в киберпространстве

Петров Вася

Россия, Москва
39 лет
отправлено 06:53, 24.10.2008
Религия в киберпространстве


Если принять традиционную этимологию слова "религия" (от religio - "связываю"), то Интернет, Сеть сетей - alter ego религии или по крайней мере ее ближайший родственник. В какой степени и как именно соотносятся между собой два эти типа связывания?

На поверхности все просто. Интернет - универсальный медиум, средство распространения любой информации, включая религиозную.

Еще в 1982 году в Сети была опубликована книга "Как найти Бога в Интернете" ("Finding God on the Internet"), представлявшая собой путеводитель по интернетовским религиозным ресурсам. Ресурсов было много уже тогда, сейчас их гораздо больше. Зайдите хотя бы в отдел религии на Yahoo. Впечатляет, не правда ли? Большая часть (не все!) русскоязычных религиозных сайтов проиндексирована в "Рамблере" и "Ау!".

Что это за ресурсы? Прежде всего, конечно, священные тексты и разного рода комментарии к ним. Тут вам и Библия, и Коран, и Упанишады, и полн. собр. соч. Кастанеды, и стихи Марии Деви Христос. Поражает количество сект и разного рода мистических организаций. Некоторые предлагают стать пожизненным членом их кружка, для чего требуется всего лишь отправить заявку по э-почте и $1 наличными в конверте. Виртуальные церкви, онлайновые проповеди, сетевые кладбища и комнаты для медитаций... У христиан есть даже свой собственный бесплатный софт и обмен баннерами. Плюс, конечно же, "интерактив" - гостевые книги, каналы IRC, списки рассылки... Плюс - специализированные индексы: Интернет для католиков, мормонов, буддистов, сатанистов и проч.

Такое изобилие наталкивает на мысль, что обитатели Сети - люди в массе своей религиозные. Исследования это подтверждают. Согласно результатам опроса пользователей Интернета, проводящегося с 1995 года на сайте survey.net, 65,7% опрошенных верят в Высшее существо и 55,8% - в реальность рая и ада в той или иной форме. Более 40% считают себя христианами, доля других вероисповеданий гораздо меньше, но их разнообразие весьма впечатляет. 36,7% респондентов считают религию своим личным делом, 46,1% полагают, что со временем их религиозность усилилась, и почти 70% - что религия оказывает созидательное влияние на общество. Опрос выявил также характерную черту сетевого сознания - терпимость: 85,1% опрошенных в качестве своего идеала и принципа назвали "уважение к тем, кто верит иначе".

Таким образом, развитие информационных технологий вовсе не уничтожает религиозные верования. Интересней другое: новые возможности коммуникации (которые открывает, в частности, Интернет) трансформируют традиционные религиозные практики и самый институт религии.

Дэвид Е. Гордон в дипломном сочинении на тему "Религия и Интернет" отмечает, что открытый доступ к религиозной информации способствует развитию религий, в основании которых лежит не догма, а личностное отношение к божественному. Поиск информации в Сети приравнивается им к поиску истины: "дай"-протокол (термин Дмитрия Манина, обозначающий тип коммуникации, когда связь инициируется получателем информации, а не ее отправителем) становится доминирующим не только в сфере сетевой коммуникации, но и в области духовного поиска.

Очевидно, что, несмотря на неизбежные контрдвижения, основанные на антитехнологическом пафосе (традиционализм и религиозный изоляционизм), большинство религиозных движений будет трансформироваться в гармонии с принципами Интернета - открытость, обратная связь, возможность личного выбора. Характерный пример - позиция православной церкви: с одной стороны, брошюрки, утверждающие дьявольскую природу телевидения и Интернета, с другой - создание серверов и обращения патриарха Алексия II к "братьям и сестрам во Христе, пользователям Интернета".

Разнообразие представленных в Сети религиозных учений и свобода выбора между ними может иметь двоякий эффект. С одной стороны, признание такого разнообразия нормой ("Сколько людей - столько и путей к Богу"). С другой стороны, оно может вести к ослаблению и полному уничтожению религиозного чувства ("Если истин так много - значит, нет вообще никакой истины, все относительно, иллюзорно и все позволено"), к вырождению религии в симуляцию и игру (кибология и церковь эвтаназии - яркие тому примеры).

В любом случае очевидно, что природа Сети благоприятствует больше синтетическим, а не фундаменталистским религиозным движениям, мистицизму, а не церковности. Расхожая фраза, что религии разъединяют людей, а Интернет их объединяет, верна лишь отчасти. Если религии связывают людей с божественным, то Интернет связывает их между собой. Бог, как кажется, от этого только выигрывает.

     
Петров Вася

Россия, Москва
39 лет
отправлено 07:12, 24.10.2008
Религиозный Интернет – революция в информационном поле


В РИА "Новости" состоялся круглый стол "Религия в Интернете: проблемы информационной безопасности".

Вообще-то, "проблемы информационной безопасности" воспринимаются в современной России чересчур однозначно. В том духе, как в советские времена воспринималась, к примеру, свобода печати, когда СМИ, поднимая этот вопрос, формулировали его решение так: "Наша печать должна быть свободна от враждебного влияния буржуазных идеологов". Налет подобных представлений об "информационной безопасности" к середине 90-х годов ХХ века начал было улетучиваться, но в последнее время благополучно возвращается благодаря пропаганде новой конфронтации с цивилизованным миром. Тем более приятно было констатировать, что в процессе круглого стола "Религия в Интернете: проблемы информационной безопасности", который состоялся в РИА "Новости" 4 августа 2006 года, кроме формального отдания дани нуждам "текущего момента", прозвучали и весьма интересные, конструктивные мысли.

В мероприятии принимали участие исполнительный директор Международной исламской миссии муфтий Шафик хаджи Пшихачев, генеральный секретарь Конференции католических епископов России священник Игорь Ковалевский, руководитель пресс-службы Московского патриархата иерей Владимир Вигилянский, заместитель председателя Отдела внешних церковных связей Московского патриархата протоиерей Всеволод Чаплин и председатель Конгресса еврейских религиозных общин и организаций в России раввин Зиновий Коган.

В соответствии с религиозной спецификой участников, на встрече рассматривались вопросы применения интернет-технологий лишь представителями религиозных организаций и СМИ, освещающими религиозные и околорелигиозные темы. Поэтому кроме общих для всех изданий и журналистов этических и юридических принципов, связанных с распространением информации, акцент был сделан и на некоторых особенностях конфессиональных представлений, которым в религиозных организациях придается большое значение.

В своих выступлениях участники встречи, за редким исключением, выражали преимущественно точки зрения своих конфессий. Так муфтий Шафик хаджи Пшихачев поделился с присутствующими теми принципами, на основании которых производится и оценивается информация в российском мусульманском сообществе. "Любая информация, которая вносит смуту в души людей и в состояние общества, по исламским принципам является богопротивной, – сообщил он. – Каждый, кто выдает информацию, обязан следовать предписаниям Всевышнего, записанным в священном Коране". Однако, он оговорился, что при оценке информации "такие требования ислам предъявляет к любому источнику", что мировому медиасообществу хорошо известно. Отметил муфтий и такую печальную для религиозных организаций деталь, как недостаточность сугубо конфессиональных СМИ и их сравнительную несостоятельность. "Зачастую некоторым частным лицам удается больше, потому что они располагают большими финансовыми возможностями, чтобы открывать свои порталы и выдавать свое мнение за мнение большинства или большой группы людей. Мы стараемся противостоять этому, но такие ресурсы несут людям извращенное мнение совсем не истинной ценности ислама", – заметил Шафик ходжи. И добавил, что сегодня мусульманское сообщество России стремится, чтобы свой ресурс был у каждого духовного управления мусульман. Возможно, это и создаст некую альтернативу пропаганде извращенных представлений об исламе, но, судя по всему, муфтий не особо надеется на это. А потому предложил "на уровне Межрелигиозного совета России <..> принять определенную программу или соглашение по информационной безопасности". Предполагаемой функции программы муфтий не обозначил, но это уточнила ведущая пресс-конференции, сотрудница РИА: "Речь идет о создании некоего контролирующего органа".

Представлявший на круглом столе Римско-Католическую Церковь о. Игорь Ковалевский кратко ответил на риторические вопросы о случаях прихода к вере через Интернет и о практике "сетевой исповеди": случаи есть и их немало, а исповедь все же "не то, чтобы просто поговорить, а еще и участие Благодати Божией".

Затем католический священник предложил присутствующим обратить внимание на два важных аспекта слишком широко заявленной темы. Во-первых, это проблема, при которой далеко "не всегда Интернет, как и другие СМИ, ставят своей первостепенной задачей достоверность преподносимой ими информации". О тяготении СМИ чаще всего к эмоциональному воздействию на аудиторию, что само по себе ни хорошо, ни плохо, журналистам и пользователям все же важно хорошо это помнить. Например, сайты, злоупотребляющие тематикой развлечений или рекламой, вряд ли могут считаться компетентными "источниками для получения достоверной информации в религиозном и церковном смысле".

Вторая же проблема, по мнению о. Игоря, кроется в устройстве самих религиозных конфессий. "Очень часто отдельные представители и члены конфессий, либо лица, которые отождествляют себя с такими конфессиями, – заметил он, – преподносят информацию, которая является их сугубо личным взглядом, личной интерпретацией фактов". Но читатель все это воспринимает, как официальную позицию религиозных организаций. Священник привел в пример тот факт, что "в настоящее время в России нет ни одного официального Интернет-ресурса Римско-Католической Церкви", и вся католическая информация Рунета неофициальна - кроме, разве что, небольшого количества приходских сайтов, предоставляющих сведения о жизни самих приходов.

Эти проблемы, по словам о. Игоря, достаточно остры не только в сети, но и во всем информационном пространстве России. Больше того, они создают и другие трудности, которые существуют в нашей стране "в плане православно-католических отношений и межрелигиозного диалога в целом".

В выступлении руководителя пресс-службы РПЦ МП иерея Владимира Вигилянского содержался ряд весьма интересных наблюдений, которые, несмотря на свою ценность, к сожалению, редко привлекают внимание отечественных экспертов. Например, о. Владимир выразил убеждение в том, что "на данном этапе Интернет-пространство и развитие информационных технологий очень помогли в России Русской Православной Церкви". Причем, в первую очередь по той причине, что ранее "бумажные и электронные СМИ практически не позволяли вхождения церковного, православного слова в информационное пространство". Тогда как развитие электронных СМИ "дало возможность раздвижению границ гласности и способов влияния на "бумажные" СМИ". Одновременно, сегодня окончательно уходят в прошлое и былые широкие возможности для искажения информации, ее купирования или замалчивания. С начала тысячелетия открылось великое множество новых Интернет-ресурсов, что священник воспринимает, как "революцию в информационном поле, которая открыла шлюзы, открыла возможности православной мысли занять в информационном пространстве очень определенную позицию". Отвечая на вопрос о роли так называемых "раскольничьих" или "сектантских" сайтов, о. Владимир отметил, что их доля "составляет настолько маленький процент, что они сейчас никаким образом не могут противостоять остальному информационному потоку".

Что же касается непосредственно темы информационной безопасности, то здесь со мнением о. Владимира Вигилянского согласились бы идеологические стратеги любого государства. "Мы приходим к осознанию того, – отметил священник, – что информация становится главным оружием, как защиты, так и нападения. Существуют государства, у которых есть атомные бомбы и огромное количество стратегического оружия, пригодного для уничтожения иных стран. Но именно информационное противостояние не дает им никакого преимущества над теми, у кого подобного оружия нет. И наоборот, можно создать такие информационные технологии, при помощи которых можно развернуть и общественное мнение внутри страны, и международное во всем мире таким образом, что... Знаете, я даже не буду приводить примеров, потому что мы все прекрасно осведомлены о том, что творится в Европе, в Южной Америке, Азии, и как действуют подобные технологии".

По убеждению священника, с помощью информационных разработок "возможно уничтожить любую мысль, любое политическое или другое движение, если уметь манипулировать такими технологиями, о чем всем нужно всегда помнить. Ведь религиозные конфессии не подвергаются таким нападкам, но и никоим образом от подобного не защищены".

Некоторое оживление в напряженность встречи внесло выступление председателя КЕРООР раввина Зиновия Когана, с лету предложившего аудитории свою, очень своеобразную концепцию информационной безопасности.

Поделившись личным заключением, что "священнослужитель вообще это как пограничник души", далее он заявил: "Каждый солдат - это священнослужитель, а, стало быть, каждый священнослужитель - солдат". Вероятно, потому, что "те и другие стоят на страже закона", гласящего "Господь прежде всего". "Священнослужитель должен быть доктором теологии или хотя бы доктором философии, – смягчился раввин, допустив далее, что он может быть и, – уж, по крайней мере, инженеришкой каким-то, а не просто хамам-балам. И вообще, священнослужитель это прежде всего патриот".

Заинтригованная аудитория, впрочем, ожидала продолжения вовсе не зря. Потому что рассуждая об информационной войне, буде она состоится, Зиновий Коган сообщил, что победителем в ней станет "тот, у кого более сильная образовательная программа". А по причине того, что "религия это образ жизни" и, "кто, как не русский человек - а все мы русские! - должен беспокоиться о чистоте Байкала, из которого он пьет воду, или о Москва-реке, либо о других вещах?" Помочь русскому человеку в этом может только "религиозное образование и религия, ибо это один из путей самоидентификации". По причине чего, как нетрудно было догадаться, следует срочно вводить религиозное образование в светской школе.

Раввин не обошел вниманием и чиновников, "которые воротят нос от религии" и верят, "что религия по сравнению с атеистической идеологией это "заморочки", которые от государства должны быть отделены". Но, по предположению Когана, "может быть и СМИ виноваты в том, что не помогают сегодня религиозным деятелям и священнослужителям добиться того, чтобы государство уделяло больше внимания религиозному образованию". Если же подобное станет реальностью, то "таким образом мы сможем побеждать интернетовское нашествие, которое непременно будет. Но главное даже не оно, а демократические изменения. И вот здесь мы должны всегда быть атакующими!".

Заместитель председателя ОВЦС МП протоиерей Всеволод Чаплин, своеобразно выступив в роли "последней инстанции" спора, акцентировал внимание на некоторые положениях выступлений двух предыдущих участников встречи. Первое, это мысль о. Владимира Вигилянского о разрушении монополизма в системе СМИ.

По мнению о. Всеволода, сравнительно недавно "так называемая журналистская элита считала, что договорившись... о некоторых идеях и направлении влияния на общество, она может бесконтрольно и безнаказанно делать все, что хочет". Священник не уточнил конкретно период, который он имеет в виду, но сказал, что знает журналистов, считавших, что именно они назначают президентов и формируют парламент. Причиной такой ситуации, по мнению о. Всеволода, была в первую очередь высокая степень монополизма в информационном поле страны, "потому что не было диверсификации того вида пространства, которое сложилось у нас еще в советское время". Нынешние же разнообразие и многочисленность СМИ - явления отрадные, так как это "дает возможность говорить больше правды вопреки той круговой поруке, которая еще недавно существовала в вашей журналистской элите".

Вторая мысль, которая привлекла внимание о. Всеволода Чаплина, это пожелание муфтия Пшихачева, что "должен быть какой-то кодекс чести, какие-то механизмы определения того, что можно, а что нельзя в журналистике, которая затрагивает религию".

Идею создания при Межрелигиозном совете России органа, контролирующего СМИ, что означало бы, по сути, введение религиозной цензуры, дипломатичный о. Всеволод не мог не смягчить. Он предложил гораздо более цивилизованную модель: "Достичь таких договоренностей, такого согласия между религиозными объединениями и медиасообществом", которые способствовали бы эволюции российской журналистики в этическом плане. "Тональность" публикаций, которые могут затрагивать чувства верующих, отказ от лжи, отказ от клеветы, отказ от оскорбления личностей или, что еще более важно, от оскорбления святынь, религиозных символов, священных для верующих имен, книг и так далее", – так определил священник объект возможных договоренностей.

Формат данного круглого стола, понятно, не предполагал дискуссии, которая неизбежно возникла бы в случае организации и оформления упомянутых договоренностей в действительности. Встреча с представителями религиозных конфессий была откровенно декларативной, знакомящей представителей СМИ с их взглядом на проблемы информационного поля в Интернете. Тем не менее, нетрудно предположить, что условия, которые могут быть выставлены представителями религиозных организаций, будут содержать в себе, возможно, и такие пункты, которые оказались бы неприемлемы для цивилизованного общества.

Во всяком случае, в беседе между журналистами по окончании мероприятия не было высказано никаких сомнений в том, что введение конфессиональных норм в светское информационное поле более подобает тоталитарному, а не демократическому светскому режиму. Однако с существованием таких проблем, как неэтичность, ангажированность и некомпетентность в религиозной и светской тематике оказались согласны все.

Интересно, что в подобных встречах практически никогда не принимают участия представители российского буддизма. Сами буддисты, в частности, объясняют это тем, что люди и целые общественные институты могут обращаться к религии с ее нравственными нормами и опытом. Но для религии с ее ценностями религиозного плана стремление завоевать влияние и значимость "в миру" абсолютно лишено смысла. Это хорошо перекликается с позицией, присущей остальным вероисповеданиям, декларированным в России, как "традиционные", сокровища которых "на небе, а не на земле". Что нисколько не мешает им, впрочем, оставаться активными участниками политических процессов.

Абсолютное большинство вопросов, заданных журналистами участникам круглого стола, носили уточняющий характер и были связаны с тем, о чем уже говорилось. Однако, представительница информационного агентства "Интерфакс" обратилась к о. Всеволоду Чаплину по поводу, о котором на "Портале-Credo.Ru" существует отдельный сюжет. Поэтому вопрос и ответ на него священника имеет смысл привести в качестве заключения.

Вопрос: "Свежий актуальный пример – это заочная полемика между о. Всеволодом Чаплиным и известным журналистом из "МК" Сергеем Бычковым, который давно публикует статьи религиозной тематики – достаточно неоднозначные статьи. В случае с г-ном Бычковым пострадала конкретная церковная структура. Но по сути дела, на месте РПЦ МП может оказаться любая другая религиозная организация страны. Вопрос: как расценивать деятельность подобного рода журналистов, как им противостоять?

О. Всеволод Чаплин: С ложью всегда нужно бороться правдой, я в этом глубоко убежден. Господин Бычков, это человек, который в течение долгого времени в своих статьях публикует заведомую ложь, где ложь на лжи сидит и ложью погоняет. И я это буду говорить везде. Он подал в суд, и в судебном порядке мы рассмотрим его материалы, и я совершенно уверен, что суд докажет, что он лжец. Его тексты, это не журналистика – это практика публичного политического доноса. Есть много свидетельств, что раньше он был доносчиком тайным, и из-за его деятельности пострадали люди. Кстати, я не вижу ничего дурного в том, что те или иные люди в советское время имели те или иные отношения с органами советской власти. Каждый священник сталкивался с уполномоченными по делам религии, которые были связаны с советскими спецслужбами. Священника вызывали, от него требовали регистрации, он должен был так или иначе вступать с ними в разговоры. Но огромная разница в том, использовал ли эти разговоры человек во благо Церкви, пытаясь защитить права верующих, или использовал для того, чтобы делать гадости окружающим. Делать так, чтобы из-за этих разговоров другие люди пострадали.

Есть свидетельства того, что г. Бычков свои контакты с советской властью использовал именно для того, чтобы пострадали другие люди. И есть такие пострадавшие от этой деятельности г. Бычкова. Ну, а сегодня он фактически занимается публичными доносами через газету, доносами ложными. И наличие лжи в его публикациях, это действительно серьезная проблема, на которую можно отвечать только правдой. Не нужно бояться таких людей. Нужно, относиться к ним, как к людям заблудшим – и я молюсь за г-на Бычкова, и теперь молюсь каждый день как о заблудшем православном. Это естественно – я всегда молюсь о тех, с кем возникают ссоры, и верю, что это самое лучшее средство для того, чтобы тот или иной конфликт разрешился по справедливости. И, вместе с тем, как верующий человек, молясь о своих недругах, должен отмечать их неправду, противопоставляя лжи правду. Поэтому когда мы слышим ложь, особенно от человека в высшей степени нечистоплотного, надо отвечать на эту ложь правдой, обличая неправедные дела и честно вступая в диалог – пусть жесткий диалог, основанный на нелицеприятных фактах. Кстати, г-н Бычков уклоняется от диалога – он отказался от двух официальных предложений выступить вместе со мной в прямом эфире. Ну, что же – будем использовать для этого диалога судебный процесс, который он сам начал, в ходе которого, я надеюсь, многие и многие факты деятельности г-на Бычкова будут обнародованы и обсуждены. И хочется надеяться - нет, я в этом убежден, - получат справедливую оценку суда...".

     
 


Основан в 2008 году